Михаил Мамонов: «В России есть много черт, которые позволяют нам претендовать на роль суверенной национальной технологической платформы»

Отраслевые новости

В январе 2020 г. в пресс-центре ТАСС прошла презентация ежегодного аналитического доклада «Международные угрозы 2020. Каждый сам за себя», подготовленного Лабораторией анализа международных процессов МГИМО МИД России.

В нем рассматриваются 7 ключевых трендов наступившего года, в том числе. Один из блоков документа посвящен вопросам формирования альянсов в новом технологическом цикле. О том, к каким выводам по данной теме пришли участники рабочей группы, рассказал заместитель Министра цифрового развития, связи и массовых коммуникация РФ Михаил Мамонов.

«В нашем докладе неоднократно звучит слово суверенизация. И в технологической сфере темы и суверенизации и дальнейшего распада глобального мира становятся все более очевидными. Все больше стран приступают к агрессивному импортозамещению в технологической среде, стремятся создать устойчивый национальный сегмент контроля за интернет пространством, — отметил он. — Кроме того, мы отмечаем процессы политизации технологий. Во-первых, использование технологий становится фактором политического процесса: дискуссии о вмешательстве в чьи-то выборы — следствие того, что технологии становятся всё более политизированными. С другой стороны, сами технологические инструменты превращаются в фактор политического развития. В настоящий момент информационно-технические факторы уже не менее, а может быть даже и более чем нормативные определяют развитие и успех (или неуспех) отдельных государств».

Так, государства или крупные корпорации, которые будут определять на международных площадках важнейшие технологические параметры, получат уже не рыночные, а существенные стратегические преимущества для реализации этих технологий в глобальном масштабе. Они будут навязывать свои стандарты менее развитым странам, которые не смогли такие стандарты создать и создать их уже не успеют, считает Михаил Мамонов.

Технологии важнее политики

«В современном мире подобные привязки гораздо значимее, чем даже политические союзы. По своей значимости их уже можно сравнить с поставками вооружений или инфраструктуры для ядерной энергетики. И в будущем подобные привязки разных стран к технологическим стандартам будут определять, так называемые, цифровые альянсы, — считает замминистра. — В современном мире уже формируется 3 таких альянса. Два из них — ярко выраженные технологические платформы: США и Китай. У каждой есть свои особенности и своей явный почерк. США — безусловно, лидирующая платформа с точки зрения отрыва, который был получен благодаря удачному симбиозу концентрированных инвестиций государства и уникального климата, сложившегося на тот момент в Силиконовой долине, помноженному на дух предпринимательства, свойственный американской цивилизационной модели. Все это привело к тому, что 8 из 10 крупнейших корпораций поставщиков как ПО, так и ключевой критической инфраструктуры — американские компании.

Китай выбрал другую модель: цивилизация, которая представляется государством. Эта страна обладает достаточно большим объемом ресурсов, которые могут быть мобилизованы. Расширение этой концепция на цифровую сферу, создание передовых сетей нового поколения и т.д. — вот залог успеха китайской модели».

В России также есть много черт, по мнению Михаила Мамонова, которые позволяют нам претендовать на роль суверенной национальной технологической платформы: «Мы входим в число стран, у которых есть собственный поисковик, который используют за пределами РФ — на всём русскоговорящем пространстве. У нас есть собственная ярко выраженная инженерно-математическая школа. В нашей стране существует экосистема индивидуальных разработок в сфере информационной безопасности, критической инфраструктуры, создаются решения в прорывных (сквозных) информационных технологиях, например, квантовых вычислениях. К минусам нашей модели можно отнести низкую способность российских технологий к быстрой коммерциализации: количество стартапов значительно превышает количество успешных отечественных компаний, а до единорогов (компаний именно российского происхождения с миллиардными оборотами) мы пока не добрались. Второй минус, который может повлиять на наше положение в будущем — сравнительно невысокая численность населения. Успех дата-центричной экономики во многом определяется ее умением переваривать большое количество данных, которое порождается большим количеством населения. Численности населения РФ недостаточно, чтобы создавать такое количество данных. Поэтому для России сотрудничество с другими странами (в первую очередь — Евразийским союзом, а во вторую — с Европейским союзом) и группами стран по обмену большими данными, по определению единых стандартов, по порядку их маркировки их хранения и т. д. является стратегической задачей. Это повторение (на новом этапе) идеи создания некоего единого цифрового пространства от Балтики до Владивостока. Цифровая повестка — один из немногих на данный момент вопросов, которые позволяют нам разговаривать с европейцами на позитивные темы».

Ассоциация "Цифровая энергетика"