О прагматическом подходе к данным и внедрению цифровых технологий в промышленности в интервью главному редактору ComNews Леониду Конику рассказал Борис Макевнин, генеральный директор компании «Цифрум» (ГК «Росатом»).

На протяжении нескольких последних лет в нашей стране много говорилось о сквозных цифровых технологиях, приоритет которых был закреплен в различных документах. Но, по ощущениям, на стыке 2020 и 2021 годов этот термин начал выпадать из оборота. Появились новые формулировки: «высокотехнологичные отрасли», «высокотехнологичные направления». Как эти изменения влияют на деятельность «Росатома», который выступает одним из активных участников развития цифровых технологий, изначально именовавшихся «сквозными»?

— Сразу скажу, что в большой команде, занятой вопросами цифровизации в «Росатоме», я выступаю как практик. На мой взгляд, главное – не термины, которые могут со временем уточняться и корректироваться, а то содержание, которое в них вкладывается. И в этом смысле я не вижу никаких радикальных изменений, связанных со сквозными цифровыми технологиями.

В структуре госкорпорации компания «Цифрум» выполняет несколько функций. Прежде всего, мы консультанты, которые формируют целевой образ результата совместно с отраслевыми заказчиками. Мы помогаем им понять, как можно оптимизировать деятельность с опорой на «цифру», а также создать новые производственные и бизнес-процессы, которые формируются благодаря все более глубокому проникновению современных цифровых технологий в работу предприятий.

Во-вторых, мы проектировщики, тесно взаимодействующие с многочисленными предприятиями «Росатома» в рамках проектов по цифровизации отраслевых процессов. И, наконец, «Цифрум» выступает в роли разработчика цифровых решений и платформ.

Если говорить о технологических приоритетах, то для нас важны два ключевых момента. Первый – это комплексный подход, положенный в основу Единой цифровой стратегии «Росатома». Важнейшие задачи стратегии – это содействие цифровизации России, внутренняя цифровизация отрасли, вывод на рынок собственных цифровых продуктов, а также реализация программы развития сквозных цифровых технологий и управления данными.

Второй элемент – это тщательный анализ потенциала каждой технологии. Цифровизация для нас – это, прежде всего, результаты. Прямые и косвенные эффекты, которые должны достигаться по итогам каждого проекта.

Все это прямо касается как сквозных цифровых технологий, необходимость приоритетного развития которых была ранее определена федеральным проектом «Цифровые технологии» национальной программы «Цифровая экономика РФ», так и актуализированного перечня технологий, применяемых в сфере цифровых инноваций, приведенного в постановлении правительства РФ от 28.10.2020 №1750. Напомню, это нейротехнологии и искусственный интеллект, технологии работы с большими данными, квантовые технологии, производственные технологии, робототехника и сенсорика, системы распределенного реестра, беспроводная связь, виртуальная и дополненная реальность, а также технологии промышленного интернета и отраслевые цифровые технологии. Последняя из упомянутых групп технологий нацелена на цифровую трансформацию отраслей экономики, в том числе на технологическую трансформацию процессов, используемых при создании продуктов, услуг, а также при взаимодействии с клиентами.

В 2019 году в рамках нацпрограммы «Цифровая экономика РФ» «Росатом» выступил организатором разработки семи дорожных карт развития сквозных цифровых технологий. Кроме того, корпорация приняла на себя ответственность за непосредственную реализацию двух направлений: квантовых вычислений, а также новых производственных технологий (НПТ) – во взаимодействии с ГК «Ростех». Известно, что дорожная карта развития квантовых вычислений, разработанная «Росатомом», была утверждена на уровне правительства в прошлом году и сейчас реализуется. А какова судьба дорожной карты развития НПТ?

— В августе прошлого года правительство России, «Росатом» и ГК «Ростех» подписали соглашение о намерениях по развитию новых производственных технологий. Проект соответствующей дорожной карты разработан и находится на этапе межведомственного согласования.

Мы принимали активное участие в разработке и наполнении этой дорожной карты. И, более того, уже ведем целый ряд проектов, нацеленных на переход атомной отрасли к практической реализации концепции «Индустрии 4.0». Так что работа идет.

Следующий вопрос к вам – именно как к практику. Крупнейшие государственные компании и корпорации активно вовлечены в процесс развития целого ряда цифровых технологий, о которых мы сейчас говорим. Но ведь возможна ситуация, когда та или иная технология не слишком применима для конкретной госкомпании. А может быть, даже бесполезна. А значит, и стимулов для активной работы в таких направлениях будет меньше…

— Лично я такой опасности не вижу. Во-первых, как все мы понимаем, выбор крупнейших государственных компаний, участвующих в развитии сквозных цифровых технологий, был далеко не случаен. Во-вторых, вне зависимости от формальных определений, речь идет о цифровых технологиях, обладающих очень широким спектром применения. Например, создание отечественного квантового компьютера – задача чрезвычайно важная не только для дальнейшего роста глобальной конкурентоспособности российской атомной отрасли, но и для других сфер экономической, социальной жизни страны. Ведь благодаря квантовым вычислениям появится возможность создавать лекарства от неизлечимых ранее болезней, моделировать воздействие медицинских препаратов на организм человека, создавать материалы с заданными свойствами, управлять рисками в самых разных областях деятельности. Более того, обладание квантовыми технологиями рассматривается сегодня в качестве одного из важнейших факторов конкурентоспособности ведущих государств на международной арене и, в целом, обеспечения цифрового суверенитета.

В-третьих, как я уже говорил, наша цифровая повестка очень четко сформулирована в Единой цифровой стратегии «Росатома». Основные направления стратегии – это не отдельные «туннели», а тесно взаимосвязанные направления работы. То есть, развивая технологии квантовых вычислений, новые производственные технологии, технологии искусственного интеллекта, индустриального интернета или VR/AR, мы одновременно решаем несколько задач: стремимся внести значимый вклад в формирование передовых отечественных цифровых технологий, применяем эти технологии для повышения эффективности атомной отрасли и создаем собственные цифровые продукты, которые выводим на открытый рынок.

Так что мы очень серьезно рассматриваем перспективы масштабирования создаваемых в отрасли цифровых технологических решений в интересах других отраслей экономики.

Еще один важный штрих. Сегодня все более активно действуют различные рабочие группы, в которые входят представители как государственных, так и крупных частных компаний. Я сам являюсь участником нескольких таких рабочих групп. И это хорошая возможность не только для обмена знаниями, но и для координации совместных действий, более рационального использования ресурсов. Например, мы не стремимся к разработке приложений искусственного интеллекта и машинного обучения для финансового сектора. При этом мы обладаем постоянно растущими компетенциями в сфере применения искусственного интеллекта в энергетике и промышленности.

А в чем состоит интерес самого «Росатома» к доступности создаваемых цифровых технологий для других отраслей?

— Ответ состоит в том, что все мы работаем в условиях рынка. В нашей программе развития сквозных цифровых технологий и управления данными особое внимание уделяется созданию платформ. И каждая платформа нацелена на достижение конкретных результатов.

Например, платформа управления данными позволяет активизировать процесс использования данных как актива, интенсифицировать их монетизацию. Мы также создаем платформу сохранения критически важных знаний, платформу для поддержки процесса принятия управленческих решений, платформу виртуальной и дополненной реальности для ускорения разработки цифровых моделей инженерных конструкций и сооружений, платформу искусственного интеллекта для повышения скорости сбора данных, обучения моделей и их поддержки.

Мы четко понимаем, какой эффект в рамках той или иной платформы может быть достигнут с точки зрения атомной отрасли. Но очень схожие задачи пытаются решить участники целого ряда других отраслей. А значит, у нас появляется совершенно реальная перспектива превратить создаваемые платформы в рыночный товар.

Обсуждая экономические эффекты применения сквозных цифровых технологий на предприятиях «Росатома», мы оперируем такими терминами, как увеличение сроков службы основных фондов, сокращение затрат на материалы, топливно-энергетические ресурсы и логистику, снижение расходов на плановые ремонты и минимизация внеплановых простоев. Аналогичные задачи столь же актуальны для абсолютного большинства отраслей российской промышленности.

Разумеется, у каждой технологической платформы – свой горизонт перехода в фазу продуктивности. Есть сквозные технологии, которые мы уже не только пилотируем, но и готовим к промышленному внедрению. А есть те, что принесут очень значимый эффект чуть позже. Это такие инвестиционные направления, как квантовые вычисления или создание систем нейроморфного искусственного интеллекта, которые в значительной мере будут определять конкурентоспособность российской экономики на следующем витке развития.

Вы упомянули о создании собственных рыночных цифровых продуктов «Росатома», которые могут быть востребованы на открытом коммерческом рынке. Это новое направление работы?

— Нет, первый коммерческий цифровой продукт «Росатома» был выведен на рынок в конце 2018 года. В 2019 году было представлено уже четыре продукта. А по итогам 2020 года мы полностью выполнили программу вывода на рынок еще шести продуктов, созданных предприятиями и организациями «Росатома».

Портфель цифровых продуктов «Росатома» развивается по нескольким ключевым направлениям. Это наукоемкое моделирование и НИОКР, управление предприятием и производством, цифровая инфраструктура, проектирование и строительство, информационная и физическая цифровая безопасность, а также цифровизация городских сервисов и процессов.

По каждому из направлений у нас есть свои «флагманы». Это пакет программ математического моделирования и инженерного анализа класса CAE (Computer-Aided Engineering) «Логос», центры обработки данных (в том числе мобильные), решение для управления сооружением сложных инженерных объектов «Мульти-Д Объединенный график», система контроля и управления доступом на массовые объекты (СКУД) «Пилот» и модульная платформа бережливого умного города, которая не только работает в атомградах, но и успешно внедряется во многих других регионах страны.

В октябре 2020 года на конференции «Цифровая индустрия промышленной России» «Росатом» предложил создать национальную цифровую промышленную платформу. В какие сроки можно ожидать ее появления? И есть ли уже понимание, что она из себя будет представлять?

— Это большой и серьезный проект. Задачи первого этапа – определение базовых требований к платформе, формирование пула партнеров и переход к постоянной совместной работе. А основой платформы должны стать современные подходы к работе с данными. В том числе, парадигма распределенных вычислений, осуществляемых в пределах досягаемости конечных устройств, которую сегодня принято именовать «вычислениями на переднем крае» или Edge-вычислениями.

Следующими шагами станут проведение испытаний на площадках нашей отрасли, тиражирование в периметре «Росатома» и, наконец, вывод платформы на рынок. По предварительным расчетам, на это потребуется около трех лет.

В этом проекте мы стремимся следовать уже отработанной практике. Сначала будет создан работающий инструмент, решающий задачи атомной отрасли. Это позволит нам представить рынку уже апробированное, зрелое решение. Работа над проектом сейчас активно идет. Мы структурируем отношения с партнерами, которым интересно совместно с «Росатомом» заниматься разработкой этой платформы.

В состав платформы войдут средства сбора, хранения и интеллектуальной обработки данных на промышленных предприятиях, операционная система, решения для реализации упомянутых Edge-вычислений и повышения «уровня интеллекта» используемых в производственных процессах датчиков, который сейчас близок к нулю.

Рассчитываем, что на этой импортонезависимой платформе можно будет быстро разрабатывать и собирать прикладные решения для промышленных предприятий.

Платформа будет предполагать возможность развития на ней разработок сторонних производителей?

— Да, мы считаем, что платформа должна быть открыта для расширения и подключения к ней функциональных модулей и сервисов, создаваемых другими участниками российского рынка. Это позволит реализовать необходимый бизнес-функционал: на новом уровне решать задачи оперативного диспетчерского управления и контроля состояния оборудования, в автоматическом режиме собирать и обрабатывать большие данные, использовать модели предиктивной аналитики. И, разумеется, платформа должна будет поддерживать возможности интеграции с другими классами информационных систем.

В числе потенциальных потребителей, заинтересованных в переходе на цифровую промышленную платформу, мы видим не только крупнейшие государственные компании и корпорации, работающие в стратегически важных сферах экономики, но и участников открытого рынка. Так что это проект, действительно, национального масштаба.

Платформа призвана поддержать переход промышленности на цифровые рельсы, что обеспечит прирост эффективности, сокращение затрат, снижение эксплуатационных расходов и множество других эффектов, прямо влияющих на конкурентоспособность российских предприятий.

Если позволите, полушутливый вопрос. Некоторое время назад была популярна фраза о том, что данные – это новая нефть. Но с учетом просевших цен на углеводороды, возможно, пришла пора другой, не «сырьевой» формулировки? Вы могли бы предложить свой вариант? Данные – это… новый хлеб? Новый воздух?

— Возможно, самая близкая аналогия – это так называемый мультитул, «швейцарский нож», который содержит множество инструментов, позволяющих решать широчайший набор задач.

Но самое важное – не только иметь такой инструмент, но и уметь эффективно его использовать. И, на мой взгляд, российская промышленность очень быстро осваивает этот крайне необходимый навык.

Источник